Suboshi

Меня зовут Субоши (ударение на второй слог, пожалуйста). И если кому меня нужно - я живу на ли.рах. Там водятся лытдыбры, высосанные из пальца философствования, отчёты с игр и прочие текстовые отходы жизнедеятельности.
Сюда зеркалятся стихи, художественные тексты и избранные объявления.

P.S. Комментарии приветствуются.

Семь поколений шахтёров - не кошкин хрен.
Я уродился уродом и смылся в космос.
В общем, как можно дальше от старых стен,
Грязи, что въелась в кожу, прогнивших досок,

Держащих своды... неважно, короче - вверх.
Что бы вы думали? Дед до сих пор не верит,
Что он хоть как-то зависит от всех от тех,
Кто в нашем штабе думает о карьере,

Форму свою протирая об мягкий стул.
Впрочем, он прав - по-своему. Я - иначе.
К чёрту слова о долге, но на посту
Я не могу не думать о том, что значат

Семь поколений веры, что соль земли -
Люди, как мыши изгрызшие плоть планеты...
Знаешь, шестнадцать выстрелов - и они
Там, под поверхностью, выпадут жирным пеплом.

Семь поколений в кожу въедалась грязь,
Я - белоручка, руки в пыли и смазке.
Деду труднее, чем мне: он живёт, стыдясь
Внука, решившего жить без его указки.

Мне и ровесникам было примерно шесть
В день, когда мир был разбит новостным сюжетом:
Только шестнадцать выстрелов - по Земле.
Я здесь служу, чтобы дед мог не верить в это.

По последним данным, это POV второго пилота. Терпеть его не могу - он слишком правильный, честный и высокоморальный.

Вообще-то я думал, что мне до конца цикла осталось четыре текста: исповедь телепата, возвращение десантного бота, точка зрения капитана, резюме ИскИна. Ну, может быть, ещё пара порнушных зарисовок с участием, скажем, повара - осьминога, осуждённого за изнасилование ксеноморфов (привет тентаклям!). Но телепат пока от дачи показаний отказывается. Кормит флешбеками. Скотина!

Как я впервые сканировал мозг чужого -
Так был уверен, что после с ума сойду:
Это похоже на сессию без стоп-слова,
Словно бы падаешь в чёрную пустоту.

Но расслабляешься, ловишь первые нити,
Весь прилипаешь к ним - мухой, попавшей в сеть,
И задаёшь вибрацию в нужном ритме,
Чтобы они звенели - как струны - все.

А превратившись уже в паука из мухи,
С периферии себя возвращая в центр,
Нити смыкаешь по-новому. Знаешь, руки
После тряслись, аж не мог навести прицел.

Это, конечно, метафоры: струны, нити...
Как мне слепому с рожденья сказать - "смотри"?
Самое сложное в этом - корректно выйти,
Не позабыв ни кусочка себя внутри.

Дописал я это хулиганство, Асмела, готовь сковородку =)
Сбивки количества слогов связаны с тем, что вообще-то это надо петь, а не читать. Под любые три блатных-хороводных, честное слово.

Как-то Уилл Колючка собрался спасать
Маленького Джона от петли,
В Шервуде весна, мол, рано умирать,
Не отпели нас-де соловьи.

У шерифа в замке дочь сестры росла,
С виду роза, да внутри - металл.
"Выменяем Джона," - дерзко Уилл сказал
И племянницу украл.

А у леди Элис серые глаза,
Косы, точно две змеи,
Уилл Колючка слово - леди Элис два,
Так до лагеря дошли.

Прост, как медный пенни, он развёл костёр
И, взглянув поверх огня,
Молвил: "Леди, разве нужен Вам манор?
Выходите замуж... за меня!

Кто ещё подарит вам лес и небеса,
Мир, где всех чудес не счесть?
Не огню камина вам слепить глаза,
Коль на небе звёзды есть!

Хвоей и травою уберу постель,
Постелю меха и шерсть,
Норманнские вина и английский хмель -
В Шервуде всё это есть!

Кто ещё подарит вам весь этот мир -
Эрин, Фландрию и Уэльс?
Выходите, леди, замуж за меня,
Я дарю вам этот лес!"

"Мягко, Уилл, ты стелешь, сладко ль будет спать,
Замужем за аутло?
Помнится, ты думал друга выручать,
Аль ему не повезло?"

Леди Элис - слово, Уилл Колючка - два,
Слов обратно не беря:
"Выручим мы Джона, вот мои слова,
Обменяем на тебя,

Только вот потом я выкраду назад,
Как яичко из гнезда,
Милую голубку - серые глаза,
Если только скажешь - да!"

Для баллады - строчка, для кого-то - жизнь,
И Малютка Джон отбит,
Только Элис, дядю уличив во лжи,
В Ноттингем обратно не спешит.

Мягко Шервуд стелет травы да листву,
И дивятся соловьи:
Уилл Колючка любит лишь свою жену,
Элис вышла замуж по любви.

Ффухх, дописал. Итак, напомню, что первый пилот погиб при невыясненных обстоятельствах вскоре после разговора на вахте, чем немало расстроил второго связиста, с которым дружил ещё до войны. Смерть, в общем-то, выглядела подозрительной с самого начала, даже с точки зрения интенданта, но экипажу резко стало не до расследования, ибо той же ночью борт пришлось сажать по аварийке пилоту-навигатору в одиночку, а потом вместе с пополнением прибыл инспектор и официально утвердил версию с несчастным случаем, ибо ни времени, ни ресурсов со штрафниками разбираться у него не было. У меня, в общем, тоже, но у авторов есть свои каналы добычи информации. И бинарный огрызок файла 00-114-30 сказал мне больше, чем кому угодно другому...

Личный дневник. Файл ноль-ноль-сто четырнадцать-тридцать.
Доступ по слову "соматика" и ДНК.
Скоро пойдёт третий час, как я стала убийцей.
Будем честны - я не стану себя упрекать.

Вера - в служении каждому по его вере.
Если пойти больше не к кому - есть ещё я.
Он стал звездой, вспыхнув в верхних слоях атмосферы...
Самое сложное - каждого просто понять,

Слушая сбивчивый шёпот о загнанных страхах,
Вдруг уловить то, что скрыто за шлюзами слов.
Он уходил от меня говорить с телепатом,
Он не хотел стать одним из его голосов,

Он оставлял мне зацепки, как мины-растяжки,
Часть не нашёл тот, кто память стирал наугад.
Душеприказчик, убийца... а впрочем, неважно.
Ребус сошёлся, наш первый связист - телепат.

Чисто классический клинч между верой и долгом.
Быть осторожнее бы... Террористы хитры.
Сброс в пять пятнадцать. Поспать остаётся недолго.
Кто там? Открыто! Дневник, сохранить и закры...

Яшка сел прямо. Взялся за края кадки. Волосы отбросил рывком головы.
— Я — звезда.
Он стал даже чуточку взрослее и красивее. И это «я — звезда» сказал со скромной и настоящей гордостью.
А Ежики растерянно мигал.
Яшка проговорил снисходительно:
— Ты спрашиваешь: какая звезда? Объясняю: еще не вспыхнувшая… Теперь у меня в голове все разложено по полочкам, я знаю смысл.
— Какой… смысл? — почему-то испугался Ежики.
© Владислав Крапивин "Застава на Якорном поле"

...От центрального плоского или слабовыпуклого диска у морской звезды отходят 5 (редко — до 40) лучей, или рук. Руки заключают в себе пищеварительные выросты желудка и отростки половых органов.
© Зоология беспозвоночных: Функциональные и эволюционные аспекты: учебник для студ. вузов: в 4 т. Т. 4. Циклонейралии, щупальцевые и вторичноротые

Ничего невозможного нет. Письма ходят быстро.
Можно, вместо письма я опять напишу тебе стих?
Или сделаю кофе. А кто-то напишет письма,
Кто-то умный, кто лучше всё знает про нас двоих.

Я устал, я сломался, я сдался на волю моря,
Я ложусь на песок, как большая морская звезда.
Волны лижут меня, как марку. И нету горя
В том, что было всегда бедою, но не беда:

Просто здесь - високосный февраль уже третий месяц.
Я встаю и иду на кухню. Представь себе,
Как стоит у плиты морская звезда, - ведь песня,
А не образ! - в лучах кофейник. Абзац. Пробел.

Ничего невозможного нет. Улыбаюсь чем-то.
У морской звезды нечем - ну, видимо, я не она.
Письма ходят так быстро, куда там до писем свету...
Принимай позывной: "Вызываю звезду! Я - звезда".

Развесёлая песенка от лирического героя "Недотроги" ^_^

Не экипаж, а засекреченный бордель,
Тут что ни койка - то двуспальная постель,
И только я - один как перст,
Мне это скоро надоест
И я связиста-то прижму к одной из стен!

Ведь на борту всего две бабы, капитан,
И то - одна ИскИн, другая - капеллан,
И если помнить всякий раз,
Кто за попытку в морду даст,
То вариантов не сказать, чтоб океан.

Я никогда глубокий космос не любил.
Мне, в общем, есть, куда сливать адреналин,
Но засекреченный штрафборт
И так-то, в целом, не курорт,
А тут ещё второй связист - совсем один.

Пацан - конфетка, и ресницы хороши,
Ему же явно нужен кто-то для души!
И нет, рептилия - не в счёт,
У них один сплошной расчёт,
Но что-то как ни подойду - он всё спешит.

Из тех, кого бы я не прочь, да не даёт,
Вне конкуренции у нас второй пилот,
Но там кулак - что твой грейпфрут,
И взгляд такой, что мухи мрут...
Ну, агрессивный, в общем, здесь у нас народ.

Я тут поставлю воздержания рекорд:
На осьминога так и просто не встаёт,
Конечно, есть ещё паук,
Но как-то многовато рук...
Короче, дайте увольнительную в порт!

Писал для ВесКоновского поэтического конкурса на цитату "– Так ведь никто не хочет. Только вопрос стоит по-другому: кто пойдет со мной, если я поведу вас туда?"
Теперь я точно утратил право говорить, что не пишу фанфиков - это уже второй =)

Если я напишу свою "Алую книгу",
То путешествие в ней пусть начнётся так:
Солнечным утром дорога от двери ляжет,
Ветер ладонью широкой толкнёт в плечо,
Что, мол, стоишь, ступай. И за лигой лигу
Стану мотать дорогу - за шагом шаг,
Меланхолично любуясь родным пейзажем,
Тихо мурлыча песенку ни о чём.

Пусть по законам сказки рассказ струится:
Всё поначалу мирно должно идти,
Небо нахмурится позже, и станет страшно
Лишь к середине, так, чтоб к концу - совсем...
Только я буду помнить, как кружат птицы
Над головой, как хочется с полпути
Прянуть назад, затаиться во дне вчерашнем,
Спрятаться между родных ненадёжных стен.

Детям положено думать, что всё в порядке,
Что если путь начинается от дверей,
То приключения - дальше, намного дальше
И мы решаем сами, идти ли к ним.
Только они найдут и в саду на грядке,
И под кроватью. Сумрачный чародей
Стукнет в окно не к тем, кто умней и старше,
А почему-то к тебе. Он неумолим,

Он объяснит, что наш мир бесконечно хрупок,
Тьма подступает всё ближе со всех сторон.
Ты не захочешь слушать, но вот досада:
Спрятаться негде, ведь сказка пришла сама.
Сунешь в котомку кисетик и пару трубок,
Не оставлять же в доме большой разгром...
Не потому, что тебе туда очень надо,
Просто кому-то же надо идти туда.

Лилось вино, бежал сюжет,
Там два катрена, тут - сонет,
И к третьей даме до рассвета бы успеть,
Но затянулся карнавал,
Ты не заметил, как застрял
В чужом романе, недописанном на треть.

И от погони за пол-лье,
И где-то ждёт ночлег в тепле,
А ты играешь с незнакомцем у костра,
И на кону то жизнь, то честь,
Готово мясо - можно есть,
Но автор год как не допишет до утра.

Идти назад - но там враги,
Идти вперёд - там ни строки,
Болото влево, вправо ты уже ходил.
И карта бита в сотый раз,
Костёр уже три раза гас,
И незнакомец так знаком, что свет не мил.

Так и случается порой:
Вот вроде всем хорош герой,
Но текст ложится в стол, как в гроб - ещё живым.
И нет надежды на финал,
Ты безнадёжно проиграл,
Твои проклятья на поверхность не слышны.

Ночь затянулась навсегда,
И всё, что было - ерунда,
Вас не догонят - у погони тоже пат.
Но ты хотя бы не один,
А ночь... что ночь - пересидим.
В конце концов, могло быть хуже. Ад как ад.


Полагаю, что примерно такой зуб на меня у Сэрры, Шенны, Рейдена, Альфы и ещё целой толпы ни в чём, в общем-то, не провинившихся героев.